7cf3d36c

Лэрд Дж - Одна Душа, Два Тела (Четвертое Айденское Странствие)



Дж.Лэрд
Одна душа, два тела
ЧЕТВЕРТОЕ АЙДЕНСКОЕ СТРАНСТВИЕ
Январь - июль 1992 по времени Земли
Глава 1. Двое
Айд-эн-Тагра и побережье Полуночного моря,
конец месяца Мореходов
(начало июня по земному времени)
В его объятиях лежала женщина. Прижавшись щекой к плечу Блейда, она
дышала прерывисто и жарко, словно недавний любовный экстаз вновь посетил ее
в сонном забытьи, подарив наслаждение, к которому нельзя было привыкнуть.
Для нее, юной и совсем неопытной, страсть еще таила элемент новизны, каждый
поцелуй и каждое объятие казались божественным даром, каждое нежное слово -
откровением.
Пряди золотых волос ласкали грудь Блейда. Эти локоны были невесомыми и
мягкими, как шелк; он не чувствовал их прикосновения, не замечал руки,
обнимавшей его шею. Он спал, и лицо странника, едва озаренное пламенем свеч,
догоравших в серебряных шандалах, выглядело таким же молодым, как у его
златовласой подруги. Темные завитки спускались на лоб, на смуглой и гладкой
коже - ни морщинки, твердо очерченные губы хранили свежесть юности, в
уголках рта прятался некий намек на улыбку - то беспричинное и щедрое
веселье, что приходит иногда к сильным и уверенным в себе мужчинам в поре
возмужания. Ибо Ричарду Блейду, мирно почивавшему сейчас в своей спальне, в
своем наследственном замке близ имперской столицы Айд-эн-Тагры, было
двадцать шесть лет.
Прямоугольник массивных каменных стен и зоркая стража берегли его
покой. С угловых башен часовые, вооруженные мечами и тяжелыми арбалетами,
могли видеть лежавший на севере Имперский Путь, ровную, как стрела, дорогу,
уходившую направо, к каналу и к городу, к его улицам, площадям и дворцам, и
налево, к полосе леса, темневшей на горизонте. За этой магистралью, которой
дозволялось пользоваться только могущественным и знатным, вдавался в сушу
прямоугольник гавани, заполненный кораблями и огромными плотами; их весла
были подняты, паруса - свернуты, будто крылья птиц, добравшихся до своего
гнезда и прилегших вздремнуть до рассвета. Над ними возносилась башня Малого
Маяка, и огонь, сиявший на ее вершине, походил на глаз великана,
надзиравшего за стаей уснувших птиц.
На юге, за фруктовой рощей, параллельно Имперскому Пути тянулся Большой
Торговый Тракт. Сейчас он был безлюден и пуст, так же как и дорога знатных.
Кончался месяц Мореходов, когда после весенних штормов в Ксидумен, Длинное
море, выходили огромные плоты-садры с товаром; двадцать или тридцать дней в
складах торговой гавани накапливались сукна и стеклянные изделия из Стамо,
оружие, доспехи и бронзовая посуда из Джейда, вино, парча, бархат, ковры и
драгоценные камни из эдората Ксам и Стран Перешейка. Еще немного, и начнется
месяц Караванов; тогда Торговый Тракт затопят фургоны и телеги, и грохот их
даже ночью будет доноситься до уединенных покоев дворца бар Ригонов.
Но сейчас все было тихо. Древний замок, и раскинувшаяся на западе
столица, и весь имперский домен Айдена мирно дремали под светом двух лун,
большого серебристого Баста и маленького быстрого Крома, похожего на золотой
апельсин. Спали повара и конюхи, ключники и музыканты, служанки и садовники;
дремали кони, мулы и шестиногие тароты; цветы в саду закрыли свои чашечки,
вода бассейна застыла, похожая на темное зеркало из обсидиана.
Спал и Ричард Блейд, обратив к затянутому шелком потолку лицо, на
котором блуждала слабая улыбка. Потом губы странника дрогнули, черты стали
строже, задумчивей и словно бы старше; он глубоко вздохнул и что-то
прошептал.
Ричарду Блейду с



Назад