7cf3d36c

Лэфферти Роберт - Все Фрагменты Речного Берега



Р.А.ЛАФФЕРТИ
Все фрагменты речного берега
Перевела с английского Валентина КУЛАГИНА-ЯРЦЕВА
Когда-то существовал очень длинный, очень изрезанный, невероятно
извилистый берег реки. Потом с ним случилась странная вещь. Его разорвали,
разрезали на куски. Часть этих кусков сложили и связали в тюки. Часть скатали
в рулоны. Часть разрезали на еще более мелкие кусочки и пользовались ими как
украшениями, и индейские знахари с их помощью лечили от разных недугов.
Свернутые и сложенные куски берега, в конце концов, очутились в амбарах и
старых сараях, на чердаках и в кладовках.
А река продолжала существовать, как и ее берега, и можно пойти и
посмотреть на них. Но берег, который вы увидите сейчас, чуть-чуть отличается
от старого берега, который был разрезан на куски и свернут в рулоны,
отличается от тех кусков, которые можно найти на чердаках и в кладовках.
Его звали Лео Нейшн, это был известный в округе богатый индеец. Богатство
его заключалось в собранной коллекции - он был человек дотошный и добычливый.
Лео владел скотом, пахотными полями, некоторым количеством нефти и тратил на
коллекцию все свои доходы. Имей он больше доходов, собрание было бы еще
обширнее.
Лео Нейшн собирал древние пистолеты, старинные пули, жернова, старые
ветряные мельницы, молотилки на конной тяге, чесалки для льна, фургоны
переселенцев, бочки с медными обручами, одежду из буйволовой кожи,
мексиканские седла, ковбойские седла, наковальни, калильные лампы, шлагбаумы,
печи для сжигания мусора, недоуздки, клейма для скота, походные кухни, рога
лонгхорнов, расшитые бисером серапе, штаны из оленьей кожи, бусы, перья,
браслеты из беличьих хвостов, наконечники стрел, замшевые куртки, паровозы,
трамваи, мельничные колеса, парусные шлюпки, вагонетки, воловью упряжь,
старинные фисгармонии, дамские романы, цирковые афиши, бубенчики от сбруи,
мексиканские телеги, рекламных деревянных индейцев, что ставятся перед
табачными лавками, очень крепкий испанский табак столетней давности,
плевательницы (четыреста штук), колеса обозрения, ярмарочные фургоны,
ярмарочный реквизит любого вида, в том числе зазывные вывески, написанные
маслом на холсте. Теперь ему хотелось собирать кое-что еще. Он завел об этом
разговор с одним своим другом, Чарлзом Лонгбэнком, который знал все. - Чарли,
- сказал он, - ты что-нибудь знаешь о "Самых длинных картинах в мире", которые
обычно показывают на ярмарках и ипподромах?
- Немножко, Лео. Это весьма интересное проявление американского стиля:
увлечение пустынными районами страны, характерное для XIX века. Считается, что
на них изображен берег реки Миссисипи. Их обычно рекламируют, указывая длину:
одномильная картина, пятимильная, девятимильная. Одна из них, мне кажется, и
вправду была более ста ярдов в длину. Они нарисованы плохо, на скверном холсте
- грубо выполненные деревья, илистый берег, упрощенные фигуры. И все
повторяется, словно на обоях. Любой крепкий человек, если ему дать толстую
кисть и в достатке самой скверной краски трех цветов, намалюет за день
несколько ярдов такой мазни. Тем не менее это настоящий американский стиль...
А ты собираешься их коллекционировать, Лео?
- Да. Только настоящие картины совсем не такие, как ты говоришь.
- Лео, я видел образчик подобной живописи. Просто грубая мазня.
- У меня двадцать холстов таких, про которые ты рассказывал. А три -
совершенно другие. Вот старая ярмарочная афиша, в которой упоминается один из
них.
Лео Нейшн умел быть красноречивым; вот и сейчас, рассказыва



Назад